"Марш несогласных" в Москве. Фото корреспондента Собкор®ru Виталия Константинова
  • 17-12-2008 (13:15)

Восславил я свободу

"День несогласных": детальная хроника событий

update: 18-03-2009 (18:09)

"Марш несогласных" в Москве начался в начале второго. К памятнику Пушкину вышли около двадцати пожилых военных, среди них – адмирал Владимир Березин. К тому моменту на площади уже скопилось около 50 сотрудников ОМОНа, мимо Пушкина туда-сюда носились отряды солдат внутренних войск со шлемами в руках и противогазами в сумках. Стороннему наблюдателю могло показаться, что столица готовится к войне. Но если это была и война, то война с собственным народом – по-другому никак не назовешь.

К адмиралу подошел генерал милиции. Ясно, что власти о месте сбора военных знали заранее, и генерал в кустах импровизацией не был: в разговоре с офицерами, видимо, требуется субординация. Сначала генерал сказал, что площадь заминирована и надо ее освободить, на что военные ничтоже сумняшеся заявили, что вполне могут обезвредить мины, так как среди них есть много специалистов-саперов, занимавшихся этим делом еще во время Второй мировой.

Не взяв ветеранов на дурачка, генерал начал что-то говорить про нарушение порядка, про несанкционированные акции и прочее. Офицеры только отвечали, что генерал должен вместе с ними подождать главного – тоже генерала.

Где-то в 13:30 генерал Фомин вышел на площадь. "Здравствуйте, товарищи офицеры", – поприветствовал он собравшихся. "Здравия желаем, товарищ генерал", – ответили почему-то только участники акции. Милицейские чины, которых на площади было, наверное, даже больше митингующих, офицерами, видимо, себя не считали и молчаливо согласились со званием жандармов, которым, как известно, в офицерских собраниях руки подавать не полагалось.

Смотрите также
Реклама
Справки
Реклама
НОВОСТИ
Реклама

Генерал Фомин поздравил соратников и всех тех "несогласных", которые пришли посмотреть на зачинателей "Дня несогласных", с 14 декабря, с днем, когда российские офицеры вышли на площадь за свободу и Конституцию. И как 1825-м тут же вмешались жандармы. "Вы нарушаете закон", – кричал генерал милиции. "Вы нарушаете Конституцию", – отвечал ему армейский генерал. Право как всегда было на стороне власти. Полковник, командовавший ОМОНом, отдал приказ, и бравые ребята с пустыми глазами напали на тех, кто ради них, ради будущего страны вставал под пули.

Генерала Фомина тащили силой. Некоторых офицеров несли за руки и за ноги. Сверху вниз на них смотрел автор строк: "В мой жестокий век восславил я свободу". В Тверское отделение милиции было доставлено всего около 50 военных.

Многим задержанным генералам в отставке, как рассказал капитан первого ранга Сергей Мозговой, в отделении милиции стало плохо. К пожилым людям, некоторые из которых прошли Великую Отечественную войну, обращались на "ты". Им заламывали руки. Офицеров посадили в обезьянник, оскорбляли. В итоге, например, председателю Союза советских офицеров, бывшему узнику концлагеря, 82-летнему генералу Алексею Фомину вызвали "скорую помощь" в суд – у него разболелось сердце. К врачу обратился и адмирал Владимир Березин из-за подскочившего давления. "Они держали в милиции даже ветерана-подводника Артема Грабарева. Это притом, что он инвалид, абсолютно слепой человек, которому постоянно нужны лекарства", – отметил Мозговой.

Через пять минут после силового разгона акции офицеров в 15 метрах от места драматических событий встал мужчина. На его груди висел плакат: "Менять надо слуг народа, а не Конституцию". Вокруг были десятки машин с ОМОНом и военными, а он стоял, спокойный и невозмутимый. Он знал, что остаток дня он проведет в участке. Это был активист ОГФ Владимир Ионов. Еще через полчаса на проезжую часть Тверской улицы вышел мужчина помоложе. Сергей Аксенов пришел на главную улицу страны с женой и трехлетним сыном. Он только и успел, что поднять над головой красную книжечку Конституции. Жена фотографировала, как его брал ОМОН.

В нескольких сотнях метров находилась Триумфальная площадь, где, собственно, и был объявлен сбор "несогласных". Еще с ночи ее огородили в два-три ряда: металлическими барьерами, солдатами внутренних войск, шеренгами милиции. Тверскую с обеих сторон укрепили автозаками, настолько плотно стоящими друг к другу, что напоминало это все крепостную стену. Кроме этого, вдоль и поперек улица была заставлена самой разной техникой: эвакуаторами, поливальными машинами, милицейскими автобусами и "Газелями". Цепочка машин тянулась в сторону Пушкинской площади насколько хватало зрения. Тут и там шныряли "люди в штатском", которые были бы, пожалуй, менее заметны, нарядись они в клоунские костюмы. Может быть, их выдавало нескрываемое выражение собственной значимости на лицах и преобладающий черный цвет в одежде. По крайней мере, милиция "своих" вычисляла, видимо, по этим признакам.

"Так, что вы здесь делаете?" – сурово обратился человек в милицейской форме к фотокорреспонденту Каспаров.Ru. "Работаю", – спокойно и многозначительно ответил тот. Милиционер уважительно кивнул и отошел. В это же время немного поодаль омоновцы, подхватив под руки, уводили мужчину с журналистским удостоверением.

Постепенно на тротуарах, прилегающих к площади, образовалось столпотворение – каша из участников "Марша", случайных прохожих и журналистов. Милиция сначала менее активно, но постепенно, освоившись, все бесцеремоннее и жестче стала задерживать тех, кто казался ей подозрительным или просто не нравился. Скидок не делали ни на возраст, ни на пол. Дурную силу омоновцы не жалели: на наших глазах трое бойцов воевали с пожилой женщиной, опрокинув ее на землю. Еще двое "крепких ребят" волокли молодую девушку, схватив ее за шею. Нацболу Николаю Андреичеву во время задержания на Триумфальной ударом ботинка сломали лицевую кость.

Людей выпихивали с тротуара, объясняя, что проход закрыт. Тех, кто возмущался, опять же ждали гостеприимно распахнувшие свои двери автозаки. На подходах к площади задержали лидера нацболов Эдуарда Лимонова вместе с охраной.

Неожиданно с крыши Концертного зала имени Чайковского донесся шум. Народ поднял головы. Оказалось, его источник – активисты прокремлевского движения "Россия молодая", всего около десяти человек во главе с депутатом Госдумы Максимом Мищенко. "Американские марионетки пытаются устроить "Марш несогласных", – вещал Мищенко в микрофон, – они усугубляют финансовый кризис, раскачивают лодку". Внизу заулюлюкали, а потом стали скандировать: "Позор!" На крышу за "румоловцами" правоохранители не полезли, дождались, пока спустятся сами. Задержали, кстати, всего четверых, и Мищенко среди них не было. Вскоре он благополучно вызволил всех своих товарищей из милиции благодаря депутатскому удостоверению.

Остальные прокремлевские активисты, замеченные на "Марше", судя по всему, были не в обиде на сотрудников милиции за это маленькое недоразумение и тесно работали с ними, вычисляя "несогласных". По словам очевидцев, активнейшим образом с оперативными сотрудниками милиции взаимодействовал "румоловец" Рустам Ашрафов. Забавно, что в конце концов его самого задержал ОМОН, разбив при этом лицо. Так что, можно сказать, Ашрафов защищал власть, в буквальном смысле не жалея себя.

Тем временем несколько нацболов прорвались на Триумфальную площадь, зажгли файеры и попытались развернуть флаг, но их схватили и потащили в машину, попутно нанося удары.

Немного погодя двое из уже задержанных "лимоновцев" открыли люк на крыше другого автозака и выбрались наружу. Под одобряющие крики и аплодисменты собравшихся один из них – Кирилл Ананьев – развернул флаг. Омоновцы после непродолжительной борьбы столкнули его с трехметровой высоты. Упав на асфальт, нацбол разбил голову и повредил ногу, но на это никто внимания не обратил – его втащили обратно в автомобиль.

Примерно к трем-четырем часам на Триумфальной уже практически никого не осталось. Те, кого не задержали, разошлись. Всего, по подсчетам организаторов "Марша несогласных", в милицию в тот день попали более 150 человек. Многих задержали превентивно, несмотря на то, что наиболее известные милиции и УБОПу активисты дома не ночевали. Так, например, активиста "Обороны" Алексея Казакова задержали 14 декабря днем вместе с еще тремя случайными посетителями "Макдональса" на Проспекте Мира, собиравшимися в тот день на вечеринку.

Тем не менее, "Марш" все-таки состоялся. Изначально выбранное место сбора активистов разных организаций, входящих в оргкомитет "Марша", уже через 45 минут после первого произнесения вслух было наполнено милицией. В итоге решение о месте проведения шествия стало спонтанным, однако подобная тактика себя оправдала. И хотя очень многие участники "Дня несогласных" так и не успели доехать до нового места сбора, около ста с лишним человек во главе с правозащитником Сергеем Давидисом и координатором "Обороны" Олегом Козловским прошли с флагами и транспарантами по Садовому кольцу от Павелецкого вокзала до станции метро "Серпуховская". Они скандировали: "Долой власть чекистов", "Свободу политическим заключенным", "Нам нужна Другая Россия". Многие проезжающие мимо машины приветственно сигналили. В районе Серпуховки участники "Марша" быстро разошлись, и милиция никого не задержала. Правда, не обошлось без провокаторов. Двое никому не известных молодых людей, присоединившихся к "несогласным" во время шествия, развернули по его окончании плакат "Березовский спасет Россию". Но участникам "Марша" до них уже не было дела – акция удачно завершилась.

Но "День несогласных" на этом не закончился. В ответ на жестокий разгон людей на Триумфальной площади вечером того же дня, примерно в 17:30, нацболы, а с ними еще пара оппозиционеров, решили ознакомить президента Медведева с главным законом страны. Группой из двадцати человек с текстами Конституции они пришли к Боровицким воротам Кремля, сказав охранникам, что хотят подарить книжечки главе государства. После чего стали скандировать "Нам нужна Другая Россия" и "Мы вас научим Конституцию любить", зажгли файер. Он, кстати, успел догореть к тому времени, как сотрудники ФСО опомнились и с ошалелым видом вылетели на площадку перед воротами. Некоторые участники акции к тому времени успели уйти.

Как будто в качестве расплаты за свой нежданный переполох и в оправдание за нерасторопность ФСОшники яростно свалили на землю оставшихся молодых людей и начали методично избивать их ногами. Били долго и куда придется: по лицу, голове, телу. "Что, Путина не любишь?" – спрашивал в перерыве между ударами один из президентских охранников нацбола Константина Макарова. Девушку Дашу другой ФСОшник несколько раз наотмашь ударил по лицу: не так посмотрела. Когда впоследствии во время дачи объяснений в ОВД "Китай-город" нацболка упомянула об этом случае, сотрудница милиции ей ответила: "О чем вы говорите? Знаете, кто у них начальник? Они людей своими кортежами сбивают, а вы про лицо!"

Около 22:00 сотрудники упомянутого китайгородского отделения без объяснения причин задержали троих человек, которые принесли уже находящимся в отделении участникам "Марша" воду и еду. Впоследствии задержанных троих обвинили в "переходе дороги в неположенном месте". Таким образом, активист московского отделения СПС Антон Долиденок, не успев покинуть ОВД "Мещанское" после задержания на Триумфальной, второй раз за день оказался в милиции.

Вечер "несогласные" провели в разъездах по ОВД города. "Тверское", "Пресненское", "Китай-город", "Басманное", "Мещанское", "Алексеевское", "Якиманка". И эти холодные ночные туры по неуютным участкам с такими уютными московскими именами свидетельствовали об их любви с своему городу и к своей стране.

Ольга Малыш, Юлия Галямина

Вы можете оставить свои комментарии здесь

Ошибка в тексте? Выделите ее мышкой и нажмите Ctrl + Enter

15.12.2008,
Виталий Константинов

Реклама
Материалы раздела
Реклама
Реклама
Реклама
Реклама
Реклама
Загрузка...